Русская экспедиция во Вриндаван

Русская экспедиция во Вриндаван

Аватар пользователя admin
26 Янв 2016, вт -- admin
Русская экспедиция во Вриндаван на GovindasClub
 
ЯДУНАНДАНА-дас
 
125 лет назад царь Николай II первым из россиян побывал в священном Вриндаване
 
В пятницу 4 января 1891 года индусы, совершавшие омовение в священной реке Ямуне, стали свидетелями удивительной сцены: в утреннем тумане на берег в окружении вооруженных солдат сошел молодой белый человек в офицерском френче, выглядевший, впрочем, совсем не воинственным. На рейде стоял корабль с названием на неизвестном языке. Чужестранцем оказался будущий последний русский император, а пока еще цесаревич Николай. Небольшой городок Вриндаван, что в 80 верстах южнее Дели, значился в карте вояжа цесаревича, наряду с Мумбаи, Дели, Гвалиором, Агрой, Эллором, Ахмедабадом, Лукноу, Калькуттой, а также Мадрасом и Шри Рангамом, вплоть до южных оконечностей Индостана, откуда он созерцал очертания Цейлона.
 
Вриндаван наследнику русского престола понравился. Николай нашел, что городок очень напоминает... Венецию. Судя по путевым заметкам, сделанным самим Николаем, можно предположить, что его знакомство с Вриндаваном происходило в местечке Кеши-гхат на берегу реки Ямуны. Августейшему гостю показали храм Мадана-Мохана. А одним из «интересных» храмов, в которых он побывал, вполне мог быть храм Джугала-Кишор. По некоторым предположениям, цесаревич даже получил в одном из храмов благословения на царство от местных старцев. Хотя, скорее, это лишь красивая легенда. Так или иначе Николай II стал 125 лет назад первым русским «первооткрывателем» Вриндавана.
 
Подробным рассказом об этом путешествии Николая II на Восток мы обязаны исследователю Эсперу Ухтомскому (1861-1921). Интересно, что его взяли в экспедицию буквально за несколько дней до отъезда. Будучи дипломатом и ученым, Ухтомский много раз побывал на Востоке, прежде всего в Монголии и хорошо разбирался в основах восточных культур и религий. На борту фрегата «Память Азова» находились также художник-видописец, баталист и этнограф Николай Каразин (1842-1908) и Василий Менделеев, сын прославленного автора «Таблицы Менделеева». Каразин сделал множество прекрасных рисунков, иллюстрирующих его будущую книгу о путешествии русского царя по Египту, Сиаму, Индии и Японии, а Менделеев составил фотолетопись вояжа. Уникальная коллекция из более чем 200 снимков хранится в Российской национальной библиотеке.
 
Фактически Каразин был первым россиянином, который изобразил храмы и достопримечательности Вриндавана, Матхуры, Дели, Гвалиора и других мест.
 
Первый том «Путешествие на Восток Его Императорского Высочества Государя Наследника Цесаревича.1890-1891» вышел в свет в 1893 году; второй и третий тома — в 1895 и 1897 гг. Сразу же после выхода в свет «Путешествие» было издано на английском, немецком и французском языках. Прекрасный литературный язык книги сочетался с интереснейшими сведениями по истории, быту, религии многих восточных народов. После окончания царской экспедиции Ухтомский был избран членом Русского географического общества.
 
Почему же все-таки Вриндаван считается «землей обетованной» для всех индусов, подобно Вифлеему для христиан или Мекке для мусульман? В любое время года сюда устремляются сотни тысяч, а иногда даже миллионы людей, горящих желанием выразить свое почтение Кришне. Говорится, что один лишь шаг по Вриндавану приравнивается к паломничеству в любое другое святое место.
 
«По простодушному вероучению издалека сюда стекающихся богомольцев сутки, проведенные на родине Кришны, важнее для спасения души чем года, посвященные пребыванию и молитвам в исполненном благодати Бенаресе», — словно подтверждая эту истину, пишет Ухтомский в своем труде.
 
Вриндаван вобрал в себя все без исключения духовные вкусы и переживания: от чувства радости встречи с Богом до чувства невыносимой разлуки с Ним. Эти настроения охватывают паломника не только при посещении храмов, но вообще повсюду и в любое время дня и ночи. Ничего удивительного — ведь эта дхама считается земным отражением небесной вечной планеты Кришны, Голоки Вриндавана, «исполненной знания и безграничного блаженства», как гласят индуистские священные писания. Маленький секрет в том, что если хочешь постичь запредельное, то отправляйся в дхаму только с паломниками. Именно через пилигримов тебе передатся нужное настроение, если хочешь, чтобы дхама тебя приняла как своего. Ну а во Вриндаван лучше ехать вместе с кришнаитами.
 
История Вриндавана началась более чем пять тысячелетий назад, когда он был пастушеской деревней среди непроходимых лесов и лугов с сочной травой, на которых паслись миллионы коров. Одни считают, что Вриндаван — часть провинции Врадж площадью в 84 кроши (где-то 420 кв. км), вместе с Вриндаваном, священной горой Говардханом, а также Гокулой, Варшаной, священным озером Радхакунда и Нандаграмом. Само слово «врадж» означает «место, где ходят коровы», «пастбище». Врадж состоит также из 137 лесов, связанных с развлечениями Кришны, из которых двенадцать считаются главными (ныне кущи почти исчезли). Сам Вриндаван тоже был вначале густым лесом. Своим названием он обязан Вринде, спутнице Кришны, которая здесь всем управляет, чтобы порадовать Кришну и Его друзей.
 
Другие мудрецы уверены в том, что Врадж — это лишь окрестности Вриндавана, помещая таким образом Вриндаван в центр всех событий прошлого, настоящего и будущего. Так или иначе, Врадж целиком связан с Кришной. А отношение к Кришне у всех индийцев уважительное. И главное то, что Он — «всепривлекающий». Так кришнаиты трактуют смысл Его имени.
 
Русская экспедиция во Вриндаван на GovindasClub
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
С философской точки зрения, образ Кришны — это стремление к личностному образу Бога. Ни в каком другом образе Господа не проявлен такой безграничный спектр личностных отношений между Ним и человеком. Можно принять на себя роль дасьи (покорного слуги), как это сделал знаменитый слепой поэт Сурдас. Или стать сакхьей, другом Кришны, как это сделали храбрый воин Арджуна из «Бхагавад-гиты» или красавица Драупади из «Махабхараты». Ватсальи служат Кришне как родители — ребенку, например, как Яшода и многие индийские матери. Верующий может находиться с Кришной и в отношениях возлюбленных — как вриндаванские девушки-пастушки. Все эти разные виды отношений насквозь пропитаны бескорыстной любовью и потому абсолютны.
 
Увы, несмотря на свою эрудированность в востоковедческих вопросах, Ухтомский не разобрался с местом и ролью Кришны в общей палитре аватар. Далеко не все брахманы, искушенные в ведийских мантрах и гимнах, могут ясно понять и принять главенство Кришны. Что уж говорить о первых россиянах, приплывших во Вриндаван со своим взглядом на происходящее.
 
Вот как спутник цесаревича излагает свою версию о положении и происхождении Кришны, то явно находясь под влиянием европейской индологии, то правильно угадывая тонкости непостижимого характера Кришны:
 
«Ориенталисты до сих пор не могут хорошо разобраться в вопросе, кто — Кришна и что считать ядром его сложнаго мира. Несомненно, кажется, одно: в незапамятныя времена к Джумне прикочевали пастушеския племена (Ядава), основали царство, имея столицей Матуру, и за какие-то необычайныя качества обожествили царевича из своей среды — темноликаго Кришну (надо заметить, что и Будда вышел из народности скифскаго происхождения и как неариец иногда изображался почти черным). Доброе ядавское божество приглянулось окрестному населению на громадном районе. Брамины, держась исконной тактики осиливать духовнаго врага принятием его в собственный пантеон, тоже сделали и с кришнаизмом, который с той поры приобрел еще больше обаяния для народныхъ масс: поклоняясь Кришне, „аватару“ и (воплощению) Вишну, верующие славословили торжество добраго жизнерадостнаго начала над унынием и отчаянием, которыя отчасти и, пожалуй, в черезчур значительной мере преобладают в пессимистическом мировоззрении индусов. Кришна весел, шаловлив, отмечен чисто человеческими слабостями и страстями, заступается за слабых. Чего же еще искать толпе?
 
Одаренное даром наполнять вселенную счастьем и восторгом, божество Матуры [Кришна] любило вдохновлять сладкозвучной игрой на свирели животных и птиц, пастушек и поселян, даже неодушевленные предметы. Когда же на все и всех подействует трепет наслаждения, — Орфей преображается в строго-вдумчиваго проповедника нравственности, в своего рода Будду, прозревшаго тщету земных тревог, в олицетворение безстрастия и самоограничения. В очах Кришны, напоминаюших два дивных лотоса, только что мерцали чары любви и призыва к греховным упоениям, но вдруг от того же властно притягивающаго лика веет дуновенье чего-то инаго, высшаго, свободнаго от мирской скверны и тьмы страстей: загадочное сверхъестественное существо, непостижимые извивы пламеннаго умозрения!»
 
Своим возрождением Вриндаван обязан Шри Чайтанье, вернувшему 500 лет назад Вриндавану его былую славу. Чайтанья побывал во Вриндаване и его окрестностях, открыв Своей мистической силой духовного провидца множество забытых сакральных уголков. Он направил сюда братьев Рупу и Санатану, повелев им восстановить Вриндаван как священную дхаму. К этим двум мудрецам позже присоединились еще четверо госвами.
 
Новый ренессанс начался уже в конце 1960-х, когда основатель-ачарья Общества сознания Кришны Бхактиведанта Свами Прабхупада привез сюда своих западных учеников. Увидев то, с каким энтузиазмом белые санньяси и брахманы исповедуют их собственную веру, индусы испытали настоящий культурный шок. Во Вриндаван стекались сотни тысяч индийцев, только чтобы взглянуть на «белых слонов».
 
Новый день Вриндавана начинается немыслимо рано. Уже в 2 часа ночи городок просыпается и начинает позвякивать алтарными колокольчиками. В кромешной темноте народ спешит в храмы, приветствуя друг друга возгласом «Радхе, Радхе!» (Шримати Радхарани — любимая подруга Кришны, враджаваси в сердце поклоняются больше Ей, чем Кришне). Многие успевают до зари обойти и другие большие святилища, а заодно и целиком Вриндаван.
 
Вриндаван не был бы священным городом, если б не преподносил человеку уроков духовности. Прежде всего, Вриндаван — это реальная модель духовной простоты. Кроме того Вриндаван пронизан естественной миролюбием, здесь царят дружелюбие и ненасилие по отношению к другим живым существам. Типичный для западного мира барьер взаимного недоверия и правило «своя рубашка ближе к телу» здесь словно растворяются, хоть каждый занимается своим делом. Вриндаван — это пример некоей здоровой демократичности. Никто не упрекнет вас за цвет кожи и за иное вероисповедание. А если вы скажете «Радхе!», то сразу становитесь лучшим другом.
 
Вриндаван не может избежать внешнего фона, но по течению жизни плывет с большой неохотой. Город Кришны, в которого не хотят верить в полночном мире, пяти тысяч храмов, разрушающихся на глазах, и коров без молока все равно предпочитает жить прошлым. Полной грудью. И он прав, потому что этого прошлого у Вриндавана все равно больше, чем у какого бы то ни было. В отличие от остального мира, живущего нервозным настоящим и туманным будущим.